Автор: Наталья Климентьева

Иллюстратор: Никита Васильчук

 

 

День радужной чешуйки, одеяльная болезнь и другие зимние симптомы

 

В Больших озёрах каждый знает, что зимой лето прячется на чердаке. В доме становится особенно тепло, чаще пьется чай с лимоном, пахнет мандаринами и кажется, что счастье стоит у тебя на пороге. За это зиму любят все большеозерцы. Новость о начале зимнего сезона печатают на первой полосе «Волшебного вестника» с пометкой «Важно!». Но так как репортеров много, а новость всего одна, первые заметки появляются ещё в начале осени.

 

«В Больших озёрах началась массовая эмиграция птиц. Зима на подходе!» - пишет журналист Бёрд. «Флюгер на крыше здания Администрации зафиксировал усиление северного ветра. Погода испортится со дня на день!» - уже на следующий день выдает главный синоптик Гейл. «В наступившем зимнем сезоне модными будут свитера с котятами и меховые варежки. Начинайте обновлять гардероб!» - заключает в своей колонке светский репортер мадам Стайл.

 

Но большеозерцы уже давно поняли, что газете верить не стоит. Может по официальным данным зима и пришла, но если на улице даже снега нет – какая же это зима? Поэтому они завели свои признаки приближения зимы. И первый признак - это День радужной чешуйки. 

Хоть название праздника и звучит солнечно, но для большеозерцев оно связано именно с наступлением холодов. В День радужной чешуйки жители деревни разбирают по домам рыбок из фонтана на главной площади. Совсем скоро вода в фонтане покроется коркой льда, а значит, рыбкам срочно требуется новый теплый дом. Праздник отмечают всей деревней, готовят вкусные клюквенные пирожки, играют на дудочках, танцуют и водят хороводы. Всем бывает весело и тепло, несмотря на северный ветер, который уже начинает забираться под куртку.

Лилу и Ночь падающих звезд

Второй признак наступления зимы - это шерстяные носки, варежки, шарфы, шапки и свитера, которые заботливые мамочки надевают на своих детей в невероятных количествах. Когда все ребятишки на улице становятся одинаково круглыми и неуклюжими, такими что не разберешь, крошка Мюмю перед тобой или хулиганистый Пит, то большеозёрцы со знанием дела качают головами и говорят: "Да, зима!".

 

 

Третий зимний признак - это одеяльная болезнь. При одеяльной болезни хочется лежать целыми днями в теплой постели, слушать тиканье часов, мечтать и лишь иногда выбираться из-под одеяла, чтобы принести на прикроватную тумбочку очередную банку малинового варенья. Одеяльная болезнь проявляется в том, что дети начинают опаздывать в школу, взрослые на работу, все становятся сонными и вместо привычного «Здравствуй!» приветствуют друг друга зевками.  

Ну а пока рыбки обживаются в новых домах, люди зевают, а снег накрывает землю белоснежной шубкой, мы с вами посмотрим, как действует зима на Лилу и её семейство.  

 

 

Время мемуаров и яблочных пирогов

 

Как мы уже говорили, в доме Лилу есть свои признаки наступления зимы.

Так, с первым дуновением северного ветра, папа оборачивает вокруг шеи длинный полосатый шарф. Берет в руки старый потрепанный томик стихов и начинает читать вслух, периодически перерываясь на многозначительные вздохи. Вдоволь навздыхавшись, под завязку напоэтизированный папа усаживается писать мемуары. Он пишет мемуары каждую зиму, но к весне у него бывают сотни скомканных страниц и лишь несколько готовых абзацев, которые он гордо зачитывает на семейном собрании, специально по этому поводу организованном.

 

Действует приближение зимы и на маму. Но если папа становится парящим и целиком погружается в рифмы, то мама наоборот. Она ещё больше «одомашнивается», подолгу смотрит в окно и печет вкуснейшие яблочные пироги, посыпанные корицей. Становится такой уютной, с розовым румянцем на щеках, что хочется прижаться к ней и греться, как о кружку с горячим чаем.

А для Лилу, как и для всех детей в Больших озёрах, наступление зимы связано с ожиданием Ночи падающих звезд. Самой удивительной и волшебной ночи в году. В эту ночь с неба сыплются самые настоящие звезды - теплые и лучистые. И если ты поймал звезду, то надо загадать желание, которое обязательно сбудется.

 

Необыкновенный звездопад – волшебство зимнего чародея Лапландиуса, добродушного весёлого старичка с длинной бородой, которую он оборачивает вокруг шеи, как Папа шарф. Так уж повелось, что Ночь звездопада приходит в Лунное Королевство на неделю раньше, чем в остальные государства. И самые первые кто принимает у себя праздник – это жители Больших озер. Как только Лапландиус ступает на порог, в деревушке начинается сказка.

 

Лапландиус раскрашивает окна чудесными картинами из инея. Причём нарисованные птицы, диковинные животные и растения бывают совсем как живые: путешествуют из окна в окно, общаются между собой, пьют чай из нарисованных кружечек и даже укладываются спать в нарисованные кроватки. Поэтому картины на окнах никогда не бывают одинаковыми и их можно «читать», как сказку.

 

Лапландиус украшает голые ветви деревьев разноцветными мерцающими огоньками. А для того, чтобы деревьям было тепло, укутывает их стволы в шарфы из разноцветной пряжи. И делает сладкие сосульки. Но главное волшебство - это, конечно, падающие звезды. Ровно в полночь они начинают сыпаться с неба разноцветным фейерверком. А Лапландиус, улыбаясь в седую бороду, прислушивается к сердцам людей и исполняет их желания.

 

В общем, Ночь падающих звезд - это настоящая сказка. И Лилу с нетерпением ждала её наступления. Поэтому, когда в разговоре Папы и дяди Джо прозвучало название праздника, Лилу тут же начала прислушиваться к разговору.

 

 

Щипучий бугагашка Грустинтус и отсутствие чудес

 

Дядя Джо зимой часто заходил в гости. Они с Папой сидели у камина, пили мятный чай, говорили о делах и вспоминали проделки юности. Лилу обычно не слушала о чём они говорят, у неё были дела поважнее - смастерить кормушку, придумать новую зимнюю шалость, вроде ледяного замка, который они с Мартином построили в саду, и ещё много других забот, гораздо более занятных, чем разговоры взрослых. Но когда Папа произнес "Ночь падающих звёзд" Лилу забыла обо всём и насторожилась.

 

- И вправду Лапландиус что-то задерживается в этом году, - сказал дядя Джо, с аппетитом прихлебывая горячий чай.

- Я такого случая за всю жизнь не помню, - хмурился Папа. - Лапландиус - пунктуальнейший старичок. Никогда не опаздывает.

- Может он и вовсе не придет, - беспечно заявил дядя Джо и, как-бы в шутку, продолжил. - Надоели мы ему со всеми этими звездами и желаниями.

- Не говори глупостей, - одернул его Папа. - Ночь падающих звезд дарит нам чудо, делает добрее и дает возможность радоваться жизни. И Лапландиус знает это, как никто другой.

- Да-да-да, - отмахнулся дядя Джо. - Придет он, успокойся. Влюбился, наверное, наш Лапландиус на старости лет. Вот поэтому и зима такая теплая - тает от жара магического сердца.

- Джо, ты неисправим! - расхохотался Папа.

 

Хоть Папа и дядя Джо пришли к тому, что маг Лапландиус просто задерживается в пути, Лилу забеспокоилась. Она побежала к гласофону и набрала Мартина.

- Привет, Лилу, - лениво протянул Мартин, сраженный одеяльной болезнью.

- У меня плохие новости. Папа и дядя Джо только что говорили, что Лапландиус до сих пор не пришёл в Большие озёра, - взволнованно затараторила Лилу. - И это первый случай за всю историю!

- Быть такого не может, - воскликнул Мартин огорченным голосом. - Получается, что праздника не будет?

- Не знаю, - грустно ответила Лилу и задумалась.

- Сейчас уже поздно, давай подождем до завтра. Может что-то успеет проясниться. Выбора у нас всё равно нет, - сказал Мартин и отключил гласофон.

 

«Нет, Лапландиус точно должен прийти», - думала Лилу, забираясь в постель. Но словно в ответ на её мысли, какой-то заунывный голосок прорыдал:

- Всё кончено!!! Не будет подарков! Не будет красоты! Не будет счастья!   

Лилу обернулась на голос и увидела: в ногах, на краю ее кроватки, сидел бугагашка. Как и все бугагашки крохотного роста, но гораздо более взрослый, потрепанный и лохматый. Грустинтус сморкался в огромный дырявый платок и тихонько подвывал "Всё кончено - у-ыыыы - кончено - аааа". Немного погодя она узнала в нем Грустинтуса. О нем рассказывала мама, когда разбилась ее любимая ваза.

 

- Не плачь, - сказала Лилу и погладила Грустинтуса по голове, но тот отвел руку девочки не желая получать долю сочувствия.

- Не надо меня жалеть, - вздернув подбородок сказал Грустинтус. - Лучше себя пожалей. Ты ждала этого праздника с самого начала зимы, старалась делать только хорошие дела, чтобы сердце было чистым и звонким, и Лапландиус услышал твоё желание. А теперь всё зря. Не будет чудес. И вместо волшебной ночи, тебя ждёт сон ровно в 10 часов вечера.

 

Грустинтус снова зарыдал. Лилу хотела возразить бугагашке, но неожиданно почувствовала, что и у неё в носу защипало. Жалость к себе оказалась очень прилипчивой штукой. А тоска и безверье щипали щёки Лилу до тех пор, пока из глаз не потекли слезы. Это и вправду оказалось очень больно - разочаровываться в вере в чудеса. Так Лилу и уснула со слезами на глазах, но всё же в ней продолжала жить надежда, что завтра всё изменится.  

Изобретение века "Дождь-2001"

 

Едва открыв глаза, Лилу вскочила с кровати и, как была в пижаме, понеслась к папе узнавать новости. Родители сидели на кухне, пили кофе и были не по-утреннему серьезны. По их лицам Лилу сразу поняла, что хороших известий ждать не стоит.

 

Заметив Лилу, мама налила ей чай и положила в тарелку омлет. Папа пододвинул к ней стул:

- Садись, дочка, разговор будет серьезным, - дождавшись, когда Лилу сядет, продолжил. - Сегодня утром пришла телеграмма от Лапландиуса. Почтальон так торопился доставить «молнию», что перепутал адреса и вместо администрации принес ее к нам. Он, бедолага, вначале зачитал ее вслух и только потом понял - ошибся адресом. И надо сказать, получилось очень кстати, что телеграмма была голосовая, иначе мы бы ничего не узнали. Поскольку содержимое касалось всех жителей Больших озер мы взяли с почтальона честное-пречестное слово никому ничего не рассказывать, пока не найдем решения.

 

И папа попытался передать содержимое телеграммы по памяти.

«Дорогие большеозерцы, в этом году вам придется встретить наступление праздника без меня. Увы, мои волшебные сани отказываются взлетать по непонятной пока причине. Что бы не оставить всех остальных жителей планеты без волшебства, мне пришлось срочно заняться ремонтом транспортного средства. Как только мне удастся починить сани, я обязательно вас навещу. Прошу меня простить! И поверьте, главное чудо живёт в вас самих. Ваш добрый старый друг, Лапландиус".

 

Дослушав послание до конца, Лилу расплакалась. Из-за переживаний она не до конца поняла то, о чём говорилось в телеграмме. Но поняла главное - Лапландиус не придет.

- Папа, Мама, неужели праздника не будет?! - всхлипывала Лилу.

- Доченька! - Мама прижала Лилу к себе, утирая слёзы с лица.

А папа принялся ходить по комнате кругами, что-то бормоча себе под нос. Затем посмотрел на Лилу и маму горящими от восторга глазами:

- Праздник будет! У меня появилась идея, как нам самим устроить Ночь падающих звезд. Только у нас мало времени - до праздника осталось всего 5 дней. Поэтому приступать к операции "Спасение Ночи волшебства" необходимо немедленно. И первым делом надо собрать команду. Лилу, пожалуйста, набери Мартина, а потом загляни к дяде Джо – к нему не дозвонишься: у него не дом, а зверинец. А ты, дорогая, позвони Хлое и ещё свяжись со сладкогорцами. Попроси их быть на связи по глассофону ровно через час. Я буду в мастерской.

 

Сразу после этого Папа вышел из кухни, продолжая бормотать себе под нос непонятные цифры и формулы. Мама с Лилу переглянулись и непонимающе пожали плечами, но на душе у них стало легче. Что именно задумал папа им было не ясно, но они ему доверяли и знали, что если он попросил их позвать Мартина, дядю Джо и тётю Хлою, то это непременно надо сделать.

 

Задача Лилу оказалась гораздо более легкой, чем у Мамы. Мартин и дядя Джо сразу же согласились прийти и уже через полчаса все сидели на кухне, слушая, как мама пытается уговорить сладкогорцев принять участие в собрании. Сладкогорцы со своим всегдашним упрямством заявляли, что у них нет времени на глупости. При этом то, что уговоры длились уже почти час, их не смущало. Наконец сладкогорцы сдались под натиском маминых просьб, и вся компания, с гласофоном включительно, перекочевала из кухни в папину мастерскую.

Дождавшись пока все рассядутся, Папа заговорил торжественным тоном, какой у него возникал всегда, когда речь заходила об изобретениях:

- Друзья, сначала мне придется огорчить вас - в этом году Лапландиус не приедет на Ночь падающих звезд, - в ответ на слова Папы раздался общий встревоженный вздох, но Папа не дал ему перерасти в град вопросов, и продолжил. - Да, к сожаленью, наш любимый старина Лапландиус в этом году не украсит своей магией Большие озера. Сегодня утром от него пришла телеграмма, где он сам об этом пишет. И хорошо, что мой адрес отличается от адреса Администрации всего одной буквой, иначе газета напечатала бы уже целую статью об этом печальном известии. А так, у нас с вами есть возможность спасти праздник.

 

Папа перевел дыхание, а затем взмахнул руками, указывая на нечто огромное, скрытое розовой простыней и занимающее большую часть мастерской:

- Вот наше спасение, - голос папы стал совсем торжественным. - Моё величайшее изобретение - "Дождь-2001".

Папа сдернул простыню, под которой оказался странный механизм, напоминающий огромную деревянную бочку с привинченной к ней воронкой. Папа обвел своих слушателей взглядом, ожидая всплеска эмоций при демонстрации этого технического новшеста. Но ожидаемого эффекта не вышло, все ждали разъяснений и только мама сказала:

​- Вот оказывается где моя розовая простыня, а я её уже обыскалась!

 

Послышались сдавленные смешки, плохо маскируемые кашлем, и Папа решил поскорее продолжить:

- Дорогая, об этом позже, - произнес Папа извиняющимся шепотом Маме. А затем, вернувшись к прежнему ораторскому тону, - Я изобрёл "Дождь-2001" этим летом. Путём сложнейших математических расчетов, я смог сконструировать механизм, который должен был обеспечить полив всех садов в Больших озёрах. Но только эти капризные розы и лилии не пожелали наслаждаться прелестями современной науки, а начали чахнуть и увядать, требуя за собой традиционного ухода в виде полива из лейки.

- Точно-точно, - со смехом вклинился в папину речь дядя Джо. - Я помню этот водопад, который чуть не повалил все яблони и груши в вашем саду. Но розы и лилии и вправду слишком капризные, им бы радоваться, что их заливают, а они от чего-то увядать начали.

- Джо, не перебивай меня, пожалуйста, - проворчал Папа, недовольный тем, что его изобретение не оценили. - Итак, я произвел расчеты. И понял, что путем нехитрых переделок смогу переоборудовать механизм подачи воды в запускатель звезд. Надо будет стабилизировать напряжение, проверить блок концевых выключателей, наладить маховик и увеличить число оборотов... В общем, за пару дней управлюсь. Только для запускателя звезд понадобятся непосредственно сами звезды. Понятно, что сами изготовить их мы не сможем. Но у нас есть наши умельцы сладкогорцы. И главный мастеровой цеха по добыче кристального сахара мистер Леденец сегодня с нами на связи по гласофону. Мистер Леденец, сможете вы изготовить за 2 дня 20 000 сахарных звезд, идентичных тем, что обычно дарит Лапландиус?

- Суметь-то мы сумеем, но с какой стати? - раздался ворчливый голос из гласофона. - Для этого понадобится остановить все производства, а это какие убытки! Нет, это однозначно невозможно.

- Но мистер Леденец, - вмешалась мама, которая уже наловчилась вести переговоры со сладкогорцами. - А если большеозерцы узнают, что у них был шанс отметить Ночь падающих звезд, но вы отказались помочь? Разве будут у вас заказы? Куда тогда вы будете поставлять товары со своих производств?

- Да я же не отказываюсь, - пошел на попятную мистер Леденец. - Будет вам 20 000 звезд через 2 дня.

- Вот и отлично, -  воскликнул папа. - Но звезды требуется ещё доставить. И займутся этим Лилу и Мартин.

- Вот уж нет! Ещё чего выдумал, отправлять детей зимой в Сладкие горы! – подскочила от возмущения мама.

- Но, дорогая, у нас нет другого выбора! Доставить такой груз могли бы только Драконы, но они сейчас заняты подготовкой к своему собственному новогоднему празднику. Правда Драконы любезно согласились передать нашу просьбу Пушистику, вот кто еще может нам помочь! И наш верный Пушистик уже мчится в Большие озёра. Тем более, дорогая, я же не отправляю детей одних. С ними поедет Джо – он хозяин Зоолавки и всё же, наверное, знает толк в обращении со зверями.

- Зная, что с ними поедет наш безответственный разгильдяй Джо, мне, конечно, стало спокойнее, - покачала головой мама, но строгий запрет на поездку все же сняла.

- Хлоя, твоя миссия, - продолжил папа, обращаясь к тёте Хлое. - главной врачевательнице Больших озёр. - успокоить большеозерцев. Скоро они заметят отсутствие Лапландиуса, но ты не должна позволить им впасть в тоску. Выпиши капель каких-нибудь. Или микстуру.

- Капли! - отозвалась тётя Хлоя, красиво захлопав длинными ресницами. - Какие капли помогут от тоски? Здесь нужна надежда.

- Я во всём этом не разбираюсь, поэтому и прошу помощи у тебя, - сказал Папа. - А теперь, друзья, приступаем к выполнению дел. Времени у нас мало.

- Постой-ка! - возмущенно воскликнула Мама. - Значит все, даже дети, при делах, а я?

- А у тебя, дорогая, самая ответственная задача. Ты должна снабжать нас провизией и готовить свое волшебное какао. Хлое никогда не справиться с поднятием духа в Больших озёрах без твоего вкуснейшего горячего шоколада. Всем давно известно, что неприятности больше всего на свете боятся сладкого!

Крошка Пушистик и 10 тонн древесины

 

Утром Лилу разбудил папа:

- Вставай. Иначе мама проснется, начнет переживать, и ты до вечера не сможешь выйти из дома.

Лилу потянулась. За окном ещё только начинало светать.

- Иди скорее умывайся. Рюкзак я тебе собрал, - папа кивнул на огромный рюкзак, стоящий у двери. От рюкзака пахло пирожками, и Лилу поняла, что мама в высшей степени ответственно подошла к своей задаче. Дождавшись, когда Лилу умоется и оденется, отец проводил её до двери и поцеловал на прощанье в макушку:

- Удачи, Лилу!

- И тебе, Папа!

- Мартин и дядя Джо ждут тебя возле северного выхода из деревни.

- А почему так далеко? - удивилась Лилу.

- Сама всё поймешь, - хитро улыбнулся Папа.

На улице было хорошо. В домиках зажигался свет. Утренние сумерки начинали рассеиваться. Из труб весело валил дым. У Лилу поднялось настроение и, когда она подошла к Мартину и дяде Джо, то уже была уверена в успехе их путешествия.

- Ты словно не в Сладкие горы, а покорять Ледовую долину собралась, - оценил размер рюкзака дядя Джо.

- Мама, - одним словом объяснила всё Лилу, и дядя Джо понимающе кивнул. - А где же Пушистик?

- А ты не видишь? - смеясь спросил Мартин. - Нашего Пушистика теперь сложно не заметить.

Лилу огляделась по сторонам и тут заметила, что огромный сугроб поднимается и опускается, словно дышит.

- Пушистик? - недоверчиво спросила Лилу.

Тут в сугробе показались большие круглые глаза и он стал подниматься, становясь ещё больше, чем показалось на первый взгляд.- Ли-лу! - промурлыкала громадина и тут Лилу окончательно убедилась в том, что это и есть её друг «малютка» Пушистик. А так же стало понятно, почему встреча была назначена за деревней – Пушистик бы не пролез ни в одни ворота.

 

​Пушистик, явно не осознавая, своих огромных размеров, радостно понесся к Лилу. Но когда Лилу совсем испугалась, что её собьют с ног, Пушистик остановился и потянулся к ней своей огромной мордой, где один нос был размером с голову девочки. Лилу поняла, что Пушистик просто соскучился и хочет, чтобы его поласкали. Когда она дотронулась, до его уха, Пушистик счастливо засопел. Но их дружеское общение прервал дядя Джо:

 

- Некогда-некогда, ребят! Я бы тоже не отказался, чтобы мне за ухом почесали, но если мы хотим привезти звезды вовремя, то пора отправляться в путь.

 

Ехать на спине Пушистика оказалось на удивленье комфортно. В густой шерсти было тепло, и, не смотря на то, что неслись они с неимоверной скоростью, казалось, что они плывут по спокойной реке. Лилу даже распаковала рюкзак и сейчас все трое путешественников лакомились пирожками. "Папа просчитался, - подумала Лилу. - С такой скоростью мы прибудем в горы не за 2 дня, а меньше чем за сутки". Но оказалось, что ошибался не Папа, а сама Лилу. Буквально спустя пару часов, Пушистик остановился и требовательно попросил:

- Ням-ням!

 

Пришлось спускаться вниз и ждать пока он перекусит парой-тройкой деревьев. И эти остановки на перекус оказались такими частыми, что друзья даже начали сомневаться, что им хватит двух дней, чтобы добраться до гор. А ещё ждать на морозном ветру, пока Пушистик ест, было холодно, и Лилу даже начала завидовать родителям и тёте Хлое, которые остались в городе.

 

А между тем и в Больших озерах кипела работа. Тётя Хлоя собрала большое собрание, где объявила, что в этом году Лапландиус поручил им украсить деревню своими силами. Сначала большеозерцы изумились. Потом огорчились. А потом воодушевились. Бабушки вооружились спицами и стали вязать одежку для деревьев, как это обычно делал Лапландиус. Мальчишки развешивали гирлянды. А художница Свит разрисовывала окна белой краской. Хоть её рисунки и не были живыми, но они дарили людям ничуть не меньше радости. В Больших озёрах царила настоящая праздничная суматоха.

Все так дружно взялись за дело, что снадобья тети Хлои остались нетронутыми.

 

Тем временем Лилу, Мартин и дядя Джо ничего об этом не знали. Им казалось, что большеозерцы грустят. И они ещё сильнее хотели поскорее добраться до гор. Но достигнуть своей цели им удалось лишь к исходу второго дня.

 

 

Ночь падающих звезд

 

- Что вы так долго? - спросил мистер Леденец вместо приветствия. И не дожидаясь пока путешественники спустятся с Пушистика, пошёл внутрь пещеры. Друзьям пришлось поторопиться, чтобы успеть за своим проводником и не потеряться в лабиринтах сладкогорских пещер.

Лилу давно мечтала снова побывать в Сладких горах. Даже сейчас, в спешке, она не могла удержаться от того, чтобы с любопытством не оглядеться вокруг. Тоннели были все такие же узкие и темные, отовсюду пахло карамелью и шоколадом. Но почти ничего не было видно. А попадавшиеся по пути сладкогорцы были похожи на мистера Леденца – такие же невысокие, едва достигающие Лилу до пояса, насупленные и недовольные.

- Пришли, - сказал мистер Леденец и распахнул дверь в одну из пещер.

И тут всё озарилось. Тысячи звезд сверкали и искрились, аккуратно разложенные на десятках стеллажей. Они были совсем как настоящие. Такой же теплый свет. И карамельный запах. И чувство радости, возникающее в груди, при взгляде на них. Всё же, несмотря на свой трудный характер, сладкогорцы были мастерами самого высокого уровня.

- Волшебство! - зачарованно выдохнула Лилу.

- Ещё бы! - фыркнул мистер Леденец. - 2 тонны чистейшего кристального сахара 900 пробы на это волшебство ушло.

Тут в пещеру вошло несколько десятков сладкогорцев, оттеснив друзей к самому выходу.

- Не мешайтесь, - бросили им сладкогорцы и принялись запаковывать и выносить звезды. - Идите пока распишитесь в ведомости о получении товара.

 

Друзьям пришлось выйти из пещеры. Лилу и Мартин пошли к Пушистику, а дядя Джо разбираться с документами. Через два часа все приготовления к обратному пути были закончены и друзья отправились в дорогу. Обратная дорога проходила без всяких помех, но Лилу очень переживала. Ей казалось, что они не успеют. Или что звезды разобьются. Поэтому обратный путь показался вдвойне мучительнее, чем дорога в Сладкие горы.

 

Но они успели вовремя. Папа уже ждал их возле северных ворот.

- Скорее, - крикнул он. - Осталось три часа до полуночи. Ребята давайте в объезд, иначе Пушистик полдеревни разнесет.

 

Хоть Лилу и устала от долгой езды, она была поражена увиденным. Большие озера стало не узнать. Повсюду светились разноцветные фонарики, деревья были украшены гирляндами, и даже домашние животные расхаживали, позвякивая праздничными бубенцами, повязанными атласными лентами на шею. Казалось, что в деревню всё же прибыл Лапландиус. Потому что несмотря ни на что здесь жила сказка.

 

 

Наконец они добрались до возвышенности, на которой находился "Дождь-2001".  Папа уже был на месте и проверял настройки. А прибывшая кампания начала разгружать Пушистика и заправлять машину привезенными звездами.

 

Так незаметно время подобралось к полуночи.

 

- Ну всё начинаю запуск, -  сказал папа. - Раз...два...три!

Папа дернул за рычаг. Раздался треск. Затем шипение. И больше ничего не произошло.

- Как же так?! - упавшим голосом воскликнул Папа и кинулся осматривать аппарат. - Все же верно. В чём тут дело?

- Скорее, друг! - поторопил его дядя Джо, на этот раз обойдясь без своих обычных подколов.

А на главной площади уже собрались все жители Больших озёр. Они зачарованно смотрели на небо и ждали главного чуда года. Была там и Мама Лилу. Посмотрев на часы она вздохнула, отвела взгляд от неба и пошла угощать всех какао.

Но на холмах не сдавались. Папа понял в чём причина:

- Что-то мешает запуску, засорение какое-то в главной трубе. Я не могу дотянуться, чтобы очистить путь!

- Давай я попробую, - предложила Лилу. Но и её рука не пролезла в узкую трубку.

- Неужели всё было зря? - спросил Мартин.

Лилу даже показалось, что на его глазах блеснули слёзы, а надо отметить, что Мартин никогда не плакал. Папа и дядя Джо лишь понуро склонили головы. И даже Пушистик печально заскулил.

- Видимо волшебства не будет, - сказал Папа понурым голосом.

- Аха! Хочу и будет! - раздался вдруг дерзкий голосок.

- Нет, это конец. Праздник не состоялся, - вторил ему ещё один плачущий голос.

- Риччиус! Грустинтус! - воскликнула Лилу, заметив бугагашек.

- Помогай, что смотришь, - прикрикнул Риччиус. - Подсади-ка меня и этого нытика в ваш "Дождь".

Лилу немедленно исполнила его просьбу. Послышалось кряхтенье, возня, ругань, а затем из воронки вылетели Риччиус, Грустинтус и огромная еловая шишка.

- Скорее! Запускай! - крикнул дядя Джо.

 

​Папа дернул за рычаг и на этот раз механизм cработал.

 

Вверх взмыли разноцветные струи и прямо с неба начали осыпаться звезды!

Они были похожи на светлячков. И на бабочек. И на снежинки в свете фонаря. С Больших озер послышался возглас счастья.

 

- Чудо! - прорыдал Грустинтус, но на этот раз от переизбытка чувств.

- Я думала вы вредные, - сказала Лилу.

- Вредные-вредные, - сказал Риччиус и показал ей язык. - Но волшебства всем охота.

Затем Риччиус пихнул локтем в бок совсем расклеившегося Грустинтуса:

- Побежали скорее! Нам ещё звезды ловить и желание загадывать!

 

Бугагашки убежали ловить свою порцию звезд. А Лилу, Папа, подоспевшая только что Мама, Мартин и дядя Джо обнялись. Пушистик тоже прижался к ним своим теплым боком. Они были счастливы. Оказывается, дарить людям радость - это и есть праздник. Они стояли, усталые и счастливые, наблюдая за парящими в воздухе звездами.

 

Улыбалась и тетя Хлоя, попивая горячее мамино какао. Она смотрела на большеозерцев, счастливо бегающих за падающими звездами. Их не смущало, что Лапландиус не приехал, что звезды сахарные. Жители деревни искренне верили - желания всё равно исполнятся! Ведь праздник же состоялся благодаря их дружным усилиям.

 

"Главное в волшебстве - это вера. Только так и получаются настоящие чудеса" - подумала тетя Хлоя. А потом побежала вместе со всеми радоваться наступившему новому году, потому что счастье приходит только к тем, кто ему рад.

 

КОНЕЦ